Category: история

Category was added automatically. Read all entries about "история".

Пустые холмы

Последние две не вполне резкие фотографии я повесила потому, что на плече у охранника написано Jedem das Seine - "каждому свое", эта фраза висела над воротами Бухенвальда. А рядом - Ваня Жук, играющий клезмер. Это, насколько я поняла, никакая не демонстрация, а так, случайность. Лучше сфотографировать не удалось - охранник быстро протрезвел и надел майку.




Collapse )

Шуша - город мертвых

Шуша, когда-то столица и культурный центр Карабаха, сейчас уже совершенно нематериальна. Этот некогда семидесятитысячный город с богатой культурой пережил две катастрофы: в 1920 году азербайджанские войска истребили армянскую половину населения, а в 1992 армяне изгнали азербайджанцев. Сейчас в Шуше 3 тысячи жителей. Город завис в облаках над двухкилометровой пропастью, в почти перманентном тумане виднеются руины когда-то роскошных особняков, мечетей, советских хрущевок, среди которых, как тени, перемещаются редкие фигуры людей. Туман приглушает все звуки, здесь почти всегда тихо. Среди заросших гигантскими сорняками каменных стен бродят коровы и козы, попадаются какие-то военные железки, иногда целые танки. И уже невозможно предположить, когда построены эти стены, кому они принадлежали – этот город уже не христианский и не мусульманский, не советский и не восточный - город-сон, город-символ, летучий голландец.



























Collapse )

Ищем издателя

Вот, у нас есть заявка на публикацию сборника произведений Эрнста Толлера - драматурга, поэта, публициста и революционера, одного из лучших авторов немецкого экспрессионизма, до сих пор не издававшегося в современной России.




Мы хотим опубликовать лучшие драмы и стихи Толлера, его воспоминания, путевые заметки, а так же, возможно, несколько публицистических работ и некоторые письма.

Мы надеемся на помощь Гёте-Института, осуществляющего Программу содействия переводу немецкой литературы на иностранные языки. В рамках этой программы Гёте-институт компенсирует издательствам оплату работы переводчиков. О программе можно прочитать

http://www.goethe.de/uun/ang/ueb/uea/ein/ruindex.htm

План публикации:

Пьесы:
“Преображение” (Die Wandlung)
По-русские не издавалась. Переводилась и публиковалась только частично Не опубликованнный перевод: “Перевоплощение. Борьба одного человека. Пьеса в 13 картинах.” Перевод Лидии Любош. – 43 с. Машинописный экземпляр хранится в Ленинградской государственной театральной библиотеке им. А.В.Луначарского. Может быть, потребуется новый перевод.

“Человек-масса” (Masse-Mensch)
Переведена и опубликована в двух переводах:
- Адриан Пиотровский. М.-Пг., 1923. – 95 с.
- Осип Эмильевич Мандельштам. М.-Пг.: ГИЗ, 1923 (без указания имени переводчика); Собрание сочинений в четырех томах. Т. 4. Письма. М.: Арт-бизнес-центр, 1997. С. 303 – 360.

“Немецкий калека” (Der deutsche Hinkemann)
Переведена и опубликована: “Эуген Несчастный”, перевод Адриана Пиотровского. Пг., 1923. – 58 с.

“Живем, бля!” (Hoppla, wir leben!)
Переведена и опубликована: “Живем, живем!” Перевод и обработка А.Н. Горлина. Л., 1928 – 175 с. Есть неопубликованный перевод: “Гоп-ля, мы живем!” Перевод Cергея Мятежного (псевдоним Софьи Александровны Апраксиной-Лавринайтис) – 181 с. Машинописный экземпляр, хранящийся в Ленинградской государственной театральной библиотеке им. А.В.Луначарского. Может быть, потребуется новый перевод.

Публицистика и мемуары:

“Юность в Германии” (Eine Jugend in Deutschland)
Переведена и опубликована: Москва, Художественная Литература, 1935. – 231 с.

“Вдоль и поперек” (Quer durch)
Заметки о путешествиях в СССР, США, Индию и Палестину. Не переводились. Quer durch. Reisebilder und Reden. Berlin: Gustav Kiepenheuer Verlag, 1930.

(кроме того, возможно:
“Правосудие. Пережитое” (Justiz. Erlebnis. Berlin, 1927)
В русском переводе (переведена избранно и плохо) – «Штурм голода. Воспоминания и наброски.», М.: изд-во «Огонек», 1926 – 40 стр. Скорее всего, потребуется новый перевод.

“Национал-социализм. Дискуссия о культурном банкростве буржуазии между Эрнстом Толлером и Альфредом Мюром, редактором Дойче Цайтунг.” (Nationalsozialismus. Eine Diskussion über den Kulturbankrott des Bürgertums zwischen Ernst Toller und Alfred Mühr, Redakteur der Deutschen Zeitung. Berlin: Gustav Kiepenheuer Verlag, 1930.) Не переводилась.

“Немецкая революция” (Deutsche Revolution)
Речь перед берлинскими рабочими в ноябре 1925 года. Не переводилась.
Rede, gehalten vor Berliner Arbeitern am 8. November 1925 im Grossen Schauspielhause zu Berlin von Ernst Toller. GmbH, Berlin: E. Laub’sche Verlagsbuchhandlung, 1930.)


Письма:
Письма из тюрьмы (Briefe aus dem Gefängnis)
Не переводились. Amsterdam: Querido Verlag N.V., 1935.

Письма Толлера из других источников: Герману Кестену, Эриху Мюзаму, Густаву Ландауэру, Сергею Эйзенштейну, Джавахарлалу Неру и другим.
Kesten Hermann. Deutsche Literatur im Exil. Briefe europäischer Autoren 1933-1949. Herausgegeben von Hermann Kesten. Wien, München, Basel: Verlag Kurt Desch, 1964.


Стихи:
Некоторое количество стихотворений Толлера переведено. Можно собрать их из разных изданий, а остальные взять из немецких сборников. Имеет смысл публиковать переводы параллельно с оригиналами.
“Песни заключенных” (Gedichte der Gefangenen)
“Книга ласточек” (Das Schwalbenbuch), 1924
“Verbrüderung”. Ausgewählte Dichtungen von Ernst Toller. Berlin: Arbeiterjugend-Verlag, 1930;
“Vormorgen”. Potsdam: Gustav Kiepenheuer Verlag.


Текст заявки Collapse )

Тоталитарные комиксы

На обложке книги Энтони Берджесса, выпущенной издательством «Симпозиум», румяная советская крестьянка любовно обнимает мозолистыми загорелыми руками початок кукурузы размером со взрослого аллигатора. Утверждается, что этот плакат 1961 года так понравился Берджессу во время его визита в Ленинград, что он попытался вывезти драгоценное орудие пропаганды за пределы России, но не смог - помешали советские спецслужбы.

«Клюква для медведей» (в оригинале - Honey for the bears, «Мед для медведей») описывает злоключения британского предпринимателя, которого странным стечением обстоятельств занесло в Советский Союз торговать синтетическими платьями – это и есть обещанный «мед». На первый взгляд, роман изобилует приметами добротного шпионского детектива: чемоданы с контрабандой, фальшивые протезы, накладные груди и прочие милые джеймсбондовские аксессуары. Правда, главный герой, англичанин Пол Гасси, оказался в сомнительной роли шпиона по чистой случайности. В Россию его привел бессмысленный туристический интерес и любовь к несуществующему композитору Опискину: вопреки законам жанра, мистер Твистер переоделся в Джемса Бонда, а не наоборот.
Эту книгу Берджесс написал в том же (1962) году, что и «Заводной апельсин» - произведение, принесшее автору мировую популярность и ставшее основой для знаменитого триллера Стэнли Кубрика. Жутковатая реальность Советского Союза в «Клюкве» мало отличается от мрачной антиутопии «Заводного апельсина» - серые анонимные улицы, равнодушные люди в белых халатах, агрессивные подростки и жаргонные словечки, которые представляют неизменную проблему для переводчика: приходится писать русские слова латиницей – Chainik, Khorosho, Bog.
Несмотря на то, что многие реалии хрущевской эпохи описываются Берджессом остроумно и точно, само по себе советское общество его не особенно интересует. Он создает страну-аллегорию, фантасмагорическое тоталитарное государство, которое стремится стать для человека семьей, домом и богом. И в первую очередь сатирическое послание Берджесса обращено не к Советскому Союзу, а к Соединенным Штатам. Англичанин Гасси говорит об этом предельно ясно: «Америка, по сути, та же Россия. Вы и представить себе не можете, насколько это здорово – не иметь никакого будущего. Все равно что иметь стопроцентно эффективное противозачаточное».
Осознанная философская концепция, в основе которой лежит дух шестидесятнических потрясений, принимает у Берджесса невыносимо легкую форму, напоминающую о детской мечте автора стать художником-аниматором. Его герои живут по законам комиксов, проявляя мультипликационную ловкость и мультипликационную жестокость. Врачи скорой помощи, спекулянты и секретные агенты возникают неизвестно откуда, как будто их только что нарисовали, выбитые зубы восстанавливаются при помощи апельсиновой корки и жевательной резинки, а забытые чемоданы сами прибывают в гостиницу на такси. Румяное жизнерадостное государство пожирает своих детей, пытается сделать из них кукурузные консервы. А дети сопротивляются, придумывая для ненавистного, но все же родного монстра мелкие гадости. И так будет всегда – или, по крайней мере, до тех пор, пока Том не догонит Джерри, а милиция не арестует старуху Шапокляк.